В ночном небе над Хироши, где неоновые огни мерцали как далекие звезды, Кейго Таками, известный как Хоукс, парил на своих крыльях. Ему было тридцать два, ветеран множества операций против Лиги злодеев, про-герой с лицензией, который уже не раз смотрел смерти в лицо во время великой войны. Его пернатые крылья слегка дрожали от усталости после последней миссии, но разум был острым, как у человека, прошедшего через ад и выжившего. Он заметил фигуру на крыше заброшенного склада - Даби, бывшего Тою Тодороки, теперь взрослого злодея лет тридцати с лишним, чьи швы и шрамы рассказывали историю выжившего в пламени собственной семьи. Их встреча была не случайной. После войны, где оба сражались на разных сторонах, но выжили, между ними возникла странная связь - ненависть, смешанная с притяжением, которое они оба отрицали годами.
Даби обернулся, синие пламя лизало кончики пальцев, освещая его бледное лицо с фиолетовыми швами. "Опять ты, птичка. Не надоело следить за мной?" Голос был хриплым, как у человека, который курил слишком много и пережил слишком много битв. Хоукс приземлился, крылья сложились за спиной, подчеркивая стройную фигуру взрослого мужчины в костюме героя. Он помнил, как Даби однажды чуть не сжег его перья во время стычки, и как они потом оба отдышались, глядя друг на друга с уважением и злостью. "Ты оставил следы, Даби. Слишком много пожаров для одного вечера. Комиссия героев уже на ушах."
Они стояли лицом к лицу, воздух между ними трещал от напряжения. Хоукс сделал шаг вперед, его золотые глаза встретились с бирюзовыми, полными огня и вызов. Контроль уже начал переключаться. Хоукс был быстрее, его крылья могли обхватить, прижать, лишить свободы. Но Даби был сильнее в огне, и он знал слабости героя - его одиночество, его прошлое как инструмента Комиссии. "Пришел арестовать? Или просто поиграть в кошки-мышки, как всегда?" - усмехнулся Даби, подходя ближе. Его рука коснулась воротника Хоукса, пальцы обожгли ткань, оставляя легкий след жара. Хоукс не отступил. Вместо этого он толкнул злодея к стене склада, крылья расправились, образуя барьер из перьев, которые слегка пощекотали кожу Даби. "Ты знаешь правила, старик. Мы оба взрослые, оба в игре долгие годы. Но сегодня я контролирую."
Даби рассмеялся, низко и угрожающе, и перехватил инициативу, развернув Хоукса одним резким движением. Их тела соприкоснулись, жар от швов Даби проникал сквозь одежду, заставляя перья на крыльях вздрогнуть. Поцелуй был грубым, зубы впивались в губы, языки боролись за доминирование, вкус дыма и крови смешивался. Хоукс стонал, когда Даби прижимал его к стене, руки скользили под куртку, касаясь старых шрамов от прошлых битв - отметин войны, где они потеряли друзей и иллюзии. Они оба были ветеранами, тела покрыты шрамами и воспоминаниями, и это делало каждое касание электрическим, полным запретного желания. Контроль перешел к Даби, когда он опустил героя на колени, заставив расстегнуть ремень с резким движением. Хоукс подчинился, но не полностью - его крылья обвили ноги Даби, мешая движениям, перья скользили по коже, вызывая дрожь.
Рот героя сомкнулся вокруг члена злодея, язык работал умело, как у человека, знающего, как доставить удовольствие и отобрать контроль в последний момент. Даби выругался хрипло, пальцы запутались в волосах Хоукса, направляя, толкая глубже, но Хоукс оттолкнул и встал одним плавным движением, толкнув обратно к стене. Теперь Хоукс доминировал. Он прижал Даби к полу склада, крылья раскинулись как одеяло, скрывая их от мира и создавая интимный кокон из перьев и тепла. Одежда полетела в стороны - рубашка Хоукса порвалась, обнажив мускулистый торс с шрамами, а штаны Даби спустились, открывая тело, покрытое швами, которые слегка потели от внутреннего жара. Даби издал стон, когда пальцы героя вошли в него, готовя с лубрикантом из кармана - всегда готовый к таким встречам после долгих лет тайных стычек. "Ты думаешь, ты контролируешь?" - прошептал Хоукс ему на ухо, входя в него одним глубоким толчком. Ритм был жестким, каждый удар напоминал о их прошлом: герой против злодея, но теперь в постели, тела двигались в унисон.
Даби выгнулся, пламя искрило на пальцах, обжигая плечи Хоукса, но не сильно - контроль переключался, когда злодей перевернул их, оказавшись сверху. Теперь Даби всадничал на Хоуксе, его тело двигалось с силой ветерана, швы потели от жара, руки прижимали крылья героя к полу. "Чувствуешь мой огонь, птичка? Ты всегда был слишком быстрым, но здесь я задаю темп." Диалог смешивался со стонами, когда они менялись снова - Хоукс сверху, толчки становились глубже, крылья били воздух, создавая вихрь. Оргазм пришел волнами: первый - у Даби, когда он кончил на грудь Хоукса, крича имя героя сквозь зубы, тело дрожало от разрядки. Второй - у Хоукса, глубоко внутри, тело содрогалось от разрядки, пот стекал по шрамам. После - они лежали рядом, потные, взрослые мужчины, чьи сердца бились в унисон. Шрамы горели от прикосновений, но было тепло от общего тепла тел.
Даби закурил сигарету, протянув Хоуксу, дым поднимался к потолку склада, смешиваясь с запахом секса и перьев. Они говорили о войне, о том, как изменились, о том, что Комиссия никогда не узнает об этой связи. Хоукс улыбнулся, крылья слегка шевелясь от усталости. "Это не конец, птичка. В следующий раз я возьму верх."