Сириус Блэк вошел в вестибюль Министерства магии, его длинные черные волосы были собраны в хвост, а лицо несло следы усталости от последних десяти лет. Ему было тридцать три, и он уже не тот дерзкий мальчишка из Хогвартса. Война оставила шрамы, и теперь он работал консультантом по делам темных искусств, помогая разбирать старые дела. Восемь лет прошло с момента финальной битвы, и хотя Волдеморт был побежден, призраки прошлого не отпускали. Сириус помнил, как сражался в битвах, как терял друзей, как его имя очистилось только после долгих разбирательств в зале суда. Теперь он был взрослым мужчиной с морщинами у глаз и тяжестью в груди, когда думал о потерянном времени.
Ремус Люпин ждал его в маленьком кабинете на третьем этаже. Ему было тридцать четыре, и он преподавал защиту от темных искусств в магловской школе по совместительству, после того как его уволили из Хогвартса из-за ликантропии. Его светлые волосы поседели у висков, одежда была аккуратной, но потертой. Когда дверь открылась, их взгляды встретились, и воздух словно сгустился. Ремус вспомнил их юность, тайные поцелуи в Запретном лесу, как Сириус держал его после полнолуния, шепча слова поддержки. Война разлучила их, и Ремус жил с ощущением незавершенности, с чувством вины за то, что не искал встречи раньше. Теперь, в этом кабинете среди полок с магическими документами и пыльных книг, старые эмоции вернулись с силой.
- Сириус, - тихо сказал Ремус, вставая. Его голос был хриплым, как всегда после полнолуния. - Я не ожидал увидеть тебя здесь. Не после всего.
Сириус закрыл дверь за собой, заперев ее простым заклинанием. Они никогда не получали closure. После войны все разошлись: Джеймс и Лили погибли, Питер предал, а они... они потеряли друг друга в хаосе. Теперь, в этом магическом кабинете, старые чувства хлынули обратно. Сириус шагнул ближе, его черная мантия слегка колыхнулась. Запах старой бумаги и слабый аромат полыни от заклинаний наполнял комнату.
- Ты выглядишь... старше, - сказал Сириус с кривой улыбкой, но глаза были серьезными. - Мы оба стали старше, Ремус. Я думал, ты никогда не захочешь меня видеть после того, как я сбежал в ту ночь. Я помню, как мы прятались от патрулей, как ты успокаивал меня после моих глупых выходок. Война забрала все, но не это чувство.
Ремус не отвел взгляд. Он помнил их тайные встречи в Хогвартсе, поцелуи в Запретном лесу, как Сириус успокаивал его после превращений. Но потом предательство и война разлучили их. Теперь, в этом магическом кабинете, Ремус почувствовал, как его тело отзывается на близость. Руки дрожали, когда он коснулся плеча Сириуса, ощущая тепло сквозь ткань. - Я никогда не переставал думать о тебе, - признался Ремус. Его пальцы скользнули по руке, задержавшись на шраме от старой раны. - Ты все тот же безумный пес, но теперь с морщинами от забот. Я работал, жил, но каждый полнолуние напоминал о тебе.
Сириус рассмеялся тихо, но смех перешел в вздох, когда их губы встретились. Поцелуй был не нежным - он был голодным, полным невысказанных слов. Руки Сириуса скользнули под мантию Ремуса, нащупывая теплую кожу живота, ребра, двигаясь выше к груди. Они оба были взрослыми мужчинами, пережившими войну, и это придавало каждому движению вес. Ремус оттолкнул его к столу, и бумаги разлетелись по полу. Сириус сел на край, стягивая с себя рубашку. Его грудь была покрыта шрамами, как и у Ремуса. Запах пота и старой магии смешался с их дыханием.
Ремус поцеловал шрам на плече Сириуса, шепча: - Ты всегда был моим. Я чувствовал пустоту все эти годы, работая в той школе, прячась от взглядов. А ты? Ты искал меня в толпе Диагон Аллеи?
- Каждый раз, - ответил Сириус, его голос низкий и хриплый. Руки Ремуса расстегнули ремень, скользнули ниже, обхватывая твердое тепло. Сириус застонал, прижимаясь ближе. Они целовались снова, языки переплетались, зубы слегка касались губ. Ремус опустился на колени, его рот обвел линию бедра Сириуса, язык скользнул по чувствительной коже. Сириус выгнулся, пальцы запутались в волосах Ремуса. - Да, вот так, Ремус. Не останавливайся. Я скучал по этому теплу, по твоим рукам.
Ремус поднялся, притянул Сириуса к себе. Они переместились на пол, мантии служили подстилкой. Сириус раздвинул ноги, и Ремус вошел в него медленно, с осторожностью, помня о старых ранах. Ощущение тесноты и тепла заставило обоих застонать. Движения стали ритмичными, глубокими. Сириус обхватил бедра Ремуса, направляя его. - Сильнее, - прошептал он. - Я не сломаюсь. Мы пережили худшее. - Ремус ускорил темп, его рука обхватила член Сириуса, двигаясь в унисон. Запахи пота, кожи и старого дерева заполнили кабинет. Стон Сириуса эхом отразился от стен, Ремус шептал его имя снова и снова. Они меняли позиции: Сириус сверху, потом снова Ремус, их тела скользили, покрытые потом. Кульминация пришла волнами, Сириус дрожал в руках Ремуса, Ремус последовал за ним, прижимаясь грудью к спине.
После кульминации они лежали на полу кабинета, покрытые потом, дыша тяжело. Сириус прижался к Ремусу, и Ремус погладил его волосы. - Это было... нужно, - сказал Ремус. - Я чувствую, как будто часть меня вернулась.
Сириус улыбнулся в темноту. - Но это только начало, Ремус. Мы должны поговорить о том, что дальше.
В комнате повисла тишина, прерванная только их дыханием. Старые чувства не ушли, и впереди маячила новая встреча.